Блинникова

Let me show you the world in my eyes

Варя
Блинникова
aka_tango

Сад с видом на алтарь
Блинникова
aka_tango


+4Collapse )

Кура и окрестности
Блинникова
aka_tango


+10Collapse )

of Glass
Блинникова
aka_tango

«Сделать мир безопаснее»
Блинникова
aka_tango
Итак, снова кино, уважаемые. И снова — долгожданное. Третья полнометражная работа культового фотографа Антона Корбайна. Да, долгожданное, так как после великолепного «Контроля» и совершенно невнятного «Американца», которого не спасло даже присутствие Джорджа Клуни в главной роли, эту самую работу ждали с нетерпением и предвкушением, конечно. Фильм снят по роману «Самый опасный человек» Джона ле Карре — автора множества бестселлеров детективно-шпионской тематики, который, к слову, в свое время трудился в рядах британской спецслужбы MI6 и его произведения совсем не похожи на забавные комиксы Яна Флеминга про супергероя Бонда. У ле Карре все происходит как-то буднично, жестко, цинично и предельно просто, лейтмотивом выступает, если отбросить некоторые частности, всегда одна и таже мысль: жизнь, здоровье, благополучие, чувства отдельно взятого человека в современном мире, где правят транснациональные корпорации, секретные службы и политические интриганы — не стоит ничего. Ни о какой морали и этике речь, естественно, не идет. Нет никаких «своих» и «чужих», есть только необходимость, задача и результат, все остальное — не имеет никакого значения вообще.
Книга ле Карре была адаптирована для фильма и, конечно, сокращена, так как роман — довольно объемный и экранное время физически не вместило бы всего в подробностях. Так или иначе, но акценты оказались расставлены у Корбайна несколько по-другому, чем в оригинале. На роль Гюнтера Бахмана режиссер пригласил Филипа Сеймур Хофмана и это во многом определило всю канву и стилистику повествования. В романе Бахман — всего лишь один из персонажей, важный, но — один из многих; в кино же все крутится именно вокруг него. Нет, не сюжетно, а именно психологически. Так сложилось, что эта роль стала одной из последних в жизни Сеймура Хофмана и он умер вскоре после премьеры на фестивале Сандэнс. Бахман — руководитель отделения германской службы безопасности в Гамбурге, настоящий профессионал, обладающий невероятным чутьем и интуицией. Да, он прощает себе многое, постоянно пьет и курит, носит мятые рубашки и мешковатые костюмы, но герой Хофмана фантастически харизматичен и затмевает собой все, что появляется в кадре, без преувеличения. Даже Уиллем Дафо в роли банкира Томми Брю несколько теряется на его фоне. Пожалуй, только Робин Райт в роли сотрудницы ЦРУ Марты Салливан смогла стать ему достойной компанией, но даже она теряется в некотрых моментах. Россиянин Григорий Добрыгин, получивший широкую известность после «Как я провел этим летом», конечно, никак не сумел интегрироваться в этот ансамбль и выглядит совершенно чужеродным, привнесенным. Но настоящей катастрофой стало приглашение на роль адвоката Аннабель Рихтер канадки Рэйчел Макадамс, которая, видимо, и слыхом не слыхивала о системе Станиславского а актерскую игру там можно разглядеть только под микроскопом. Куклу Барби она, наверное, сыграть могла бы вполне, а вот сотрудника правозащитной организации с массой психологических проблем — вряд ли. Визуально фильм практически безупречен, чувствуется фотографическая выучка Корбайна, ничто не отвлекает взгляд от сути, все выверено и просчитано. Отдельно хотелось бы отметить саундтрек — музыка Херберта Гренемайера органична и логична, она следует за происходящим на экране, не отвлекая и не выбиваясь.
    А про что же, собственно, получилось кино? Как сказал сам режиссер на одной из пресс-коференций: «Мы хотели показать как изменился мир после 11 сентября», но думается, получилось даже несколько глубже. Нет-нет, конечно не о террористах и не об их финансовых и религиозных покровителях. Кино — о реалиях современного мира, в котором слово «шахид» стало синонимом слова «террорист», а практически любой человек в куфии или паколе является символом чего-то очевидно опасного; о современном мире, где СМИ создают не информационные поводы или некий информационный фон, а просто рисуют как чудовищную векторную графику на своих сайтах и транслируют в эфире своих телеканалов новую, созданную и тщательно отрежиссированную ими самими реальность. Реальность, в которой обречены жить миллиарды обывателей. И фраза Бахмана, сказанная им на совещании, в ответ на вопрос о долгосрочных целях проводимой операции «Сделать мир безопаснее. Разве этого не достаточно?» — звучит и как вызов, и как насмешка, и как своего рода приговор обществу, так как борьбой с террором можно оправдать, конечно же, все что угодно.
    Идите в кино, господа.
Tags:

Про очки
Блинникова
aka_tango


+2Collapse )

Вопреки
Блинникова
aka_tango


+3Collapse )

Дору
Блинникова
aka_tango


+7Collapse )

Мозаика
Блинникова
aka_tango
    Итак, снова кино. И даже, пожалуй, с заглавной буквы. Долгожданное. Именно долгожданное, так как от этого режиссера всегда ждешь следующей работы, предвкушаешь, и — не знаешь чего ждать, в самом хорошем смысле слова. По его словам, на этот фильм он собирал деньги семь лет. Джим Джармуш, «Выживут только любовники». Удивительная крипто-вампирская история без начала и конца.
    Они живут, кажется, уже бесконечно давно и долго — главные герои с говорящими именами Адама и Евы в безусловно блестящем исполнении Тома Хиддлстона и Тильды Суинтон, он — в Детройте, пишет и исполняет андерграудную музыку, она — просто наслаждается жизнью в Танжере, прекрасно выглядит и безупречно одевается. Они кажутся потрясающе гармоничными и полностью самодостаточными, за исключением одного — чтобы выжить, им периодически нужна человеческая кровь. Как мне представляется, зависимость от крови введена в ткань повествования достаточно условно, здесь вполне могло бы быть что угодно — в том числе, и какой-либо из известных наркотиков, это, на самом деле, не так уж и принципиально. Принципиально то, что они — любовники и определяющим для них является настоящее, сущностное, а с любовью в этом ряду поставить рядом нечего. И не случайно Адам коллекционирует раритетные гитары середины ХХ века, аналоговую аудиоаппаратуру, а Ева общается с Кристофером Марло (в исполнении великолепного Джона Хёрта), который, как известно, если бы не ушел в столь раннем возрасте, то вполне поспорил бы с Шекспиром (или с тем, чьи произведения нам известны под его именем) за право называться первым драматургом Англии, вне времени. И само «вне времени» является здесь ключевым, как может быть только любовь — главная из христианских добродетелей. Вот так и движутся они, словно Индеец и Бухгалтер из другой картины Джармуша, полностью погружаясь друг в друга, растворяясь друг в друге.
    В новой работе Джима Джармуша столько смысла, разного рода отсылок и коннотаций, что начинаешь воспринимать это действо в объеме, словно в 3D. И как в свое время не старался Кэмерон удивить и поразить всех нас эффектами и немыслимыми ухищрениями в своем «Аватаре», все это мгновенно забылось, как только погас экран кинотеатра, потому что оно изначально, по умолчанию, было лишено всякого смысла и сути, будучи направленным только на то, чтобы развлечь и отвлечь зрителя. Не берусь атрибутировать цитату, а может, я и сам ее выдумал, но звучит она так: «Что такое авангард в кино? Это те режиссеры, которые действительно идут впереди, прокладывают дорогу и служат неким ориентиром для всех прочих; не эталоном, а именно ориентиром. К слову, для более доходчивого понимания: 95% людей, делавших «Аватар» посмотрели все фильмы Джармуша, а 95% из тех, кто заплатил свои деньги, чтобы посмотреть «Аватар» — не видели ни одного». И как ни старайся Кэмерон выдумать что-то кажущееся новым — выходит все время одно и то же, вторичное и шаблонное, банальное, предсказуемое и чуждое сути, а следовательно — сущности. А у Джармуша — все с точностью до наоборот: каждый кадр — откровение, каждый фильм — новая вселенная. И все получается уместным при таком раскладе, все складывается в единое мозаичное панно: и натура для съемок, и костюмы, и потрясающе красивые актеры, красивые внутренне, значимо, и их обнажение выглядит гармоничным и таким честным. И вращающийся, словно грампластинка, кадр не представляется нам надуманным, и ночные Детройт и Танжер кажутся такими близкими и родными, именно потому, что все подчинено единой цели, единой сверхзадаче: донести до потенциального зрителя ту самую суть. И нельзя не упомянуть что все это происходит под завораживающую музыку лютниста Йозефа Ван Виссена, которая сама является значимой частью повествования, погружает и растворяет.
    Про что, собственно, само кино? Именно про ту самую любовь, про сущность сущностей. Про то, что наши главные герои живут только для любви и только благодаря любви.
    Идите в кино, господа.
Tags:

про Окна
Блинникова
aka_tango

?

Log in

No account? Create an account